МодаПочему мы так мало знаем о том, как производится наша одежда Emily Chan24 декабря 2019 г.Недавний пожар на швейной фабрике в Дели вновь заставляет задуматься — производство должно стать прозрачным как можно быстрее

Шесть лет назад, в апреле 2013 года, в пригороде Дакки, столицы Бангладеша, произошла трагедия: обрушилось восьмиэтажное здание «Рана-Плаза», в котором находилось несколько швейных предприятий. По официальным данным погибли 1134 человека. Вскоре после этой катастрофы бренды и торговые объединения подписали Бангладешское соглашение, а за ним последовали Соглашение переходного периода 2018 года и решение о создании Совета по вопросам устойчивого развития (RCS). Целью всех этих действий было обеспечение безопасности трудящихся на фабриках людей силами различных инспекций и программ. Но трагическая смерть 43 работников в Дели 8 декабря этого года демонстрирует, что старые проблемы существуют до сих пор. Получая огромную прибыль за тяжелый труд наемных служащих, компании не несут при этом никакой ответственности.

Фабрика по производству одежды в Бангладеше

© NurPhoto

Fashion Revolution — некоммерческое движение, основанное Урсулой де Кастро и Керри Соммерс после крушения «Рана-Плаза», — давно работает над тем, чтобы заставить бренды по-настоящему заботиться о своих сотрудниках. Около 3,25 миллиона людей присоединились к кампании #WhoMadeMyClothes во время организуемой активистами движения недели Fashion Revolution Week 2018 — ее целью было призвать бренды к прозрачности производственных процессов. «Нужно было тщательно разобраться во всем, а потом показать компаниям, почему прозрачность необходима, — объясняет Соммерс. — Мы знаем, что и социальная, и экологическая эксплуатации растут в скрытых от взора местах».

Fashion Revolution Week, 2018

© picture alliance

Необходимость обеспечения прозрачности производства

В 2016 году Fashion Revolution запустили «Индекс прозрачности» в моде: ежегодное исследование, которое помогает неправительственным организациям, профсоюзам и наемным работникам регулировать любые нарушения прав человека, а также природопользования в их сети поставок. Так, в 2016 году было изучено 40 ведущих мировых брендов, а затем выявлено, что только 12,5 процента из них публиковали названия и адреса своих фабрик первой категории (тех, где сшивают элементы одежды). В 2019 году «Индекс прозрачности» демонстрирует, что уже 35 процентов из 200 опрошенных брендов предоставляют эту информацию добровольно. «Мы добились серьезных положительных результатов в вопросе сбора подобных данных», — говорит Соммерс.

Однако многое еще предстоит сделать. В октябре 2019 года бренд Lululemon был вынужден провести расследование в связи с тем, что наемные работницы фабрик в Бангладеше заявили о физическом насилии и унижении со стороны менеджеров. А в мае 2018 года на портале «Равноправие труда в мире» были опубликованы отчеты, содержащие информацию о том, что работники производств H&M и Gap неоднократно заявляли о сексуальном насилии и притеснениях.

Люксовые бренды тоже не защищены от проблем, связанных с недостаточной прозрачностью производственных процессов. В ноябре 2019 года итальянская полиция закрыла «потогонное предприятие», с которым, вероятно, сотрудничали Armani, Fendi и Saint Laurent. Даже в Европе и Америке, где условия труда строго регулируются, сложно выяснить, как именно была сделана одежда. «Нам говорят, что вещи изготовлены в Италии, но они могут быть изготовлены и на итальянском «потогонном производстве». То же самое и с американскими фабриками. Мы никогда не узнаем точно», — говорит Дана Томас, автор книги Fashionopolis: The Price of Fast Fashion and the Future of Clothes.

Фабрика по производству одежды в Янгоне

© YE AUNG THU

Бренды часто сами не знают, что происходит на самом деле

Зачастую они действительно сами не в курсе, где производят их одежду, потому что работают с большим количеством субподрядчиков. «Если бренды уклоняются от ответственности и не владеют информацией о своей же сети поставок, то нет ни малейшего шанса, что мы, потребители, можем разобраться, кто сделал нашу одежду», — добавляет Томас.

Несмотря на такие инициативы, как Бангладешское соглашение и Соглашение переходного периода 2018 года, эксплуатация работников индустрии производства одежды, 80 процентов которых — женщины, все еще процветает. Результаты британского исследования, опубликованного в сентябре этого года, показывают, что проверки в цехах часто сфабрикованы. Также было выявлено, что такие факторы, как, например, колебание в ценах на изделия или в объеме заказов, могут повышать риск эксплуатации трудящихся.

И хотя некоторые бренды сейчас публично озвучивают свою позицию касательно социальной и экологической политики, до конца не понятно, как эти взгляды работают на практике. «Есть явный недостаток информации о том, оказывает ли политика брендов реальный эффект на сеть поставок и на окружающую среду», — объясняет Соммерс.

Фабрика по производству одежды в Бангладеше

© NurPhoto

Следующие шаги

Согласно документальному фильму 2015 года «Реальная цена моды», лишь два процента работников индустрии производства одежды получают зарплату выше прожиточного минимума. Например, в Бангладеше минимальная оплата труда — восемь тысяч така (около шести тысяч рублей) в месяц, что в два раза меньше той суммы, которая нужна для комфортной жизни. Вот почему два этичных бренда — Able и Nisolo — запустили Lowest Wage Challenge, призывающий бренды публиковать данные о минимальной ставке, которую получают их сотрудники по всей сети поставок.

«Есть бренды, которые не против делиться информацией о средней ставке или о тех затратах, которые уходят на каждое отдельное изделие, — говорит Патрик Вудъярд, CEO и сооснователь Nisolo. — Но это не дает понимания, получают ли защиту те работники, которые находятся в самом низу сети поставок и подвержены наибольшему риску. Мы хотим, чтобы все в индустрии начали задумываться о минимальной зарплате».

Чем больше информации получат потребители, и чем понятнее эта информация будет до них донесена, тем проще им сделать правильный выбор в пользу осознанных покупок. «Мы бы хотели, чтобы все бренды, вопреки господствующему сейчас негласному правилу не раскрывать подобные сведения, все же начали это делать — потребителям это существенно облегчит задачу, — комментирует Соммерс. — А сами бренды смогут увидеть, где они находятся по отношению к конкурентам и как им стать лучше».

В конце концов, за потребителем всегда сохраняется право призвать бренды к ответу. «Покупайте у тех, кого проверяют третьи лица; покупайте там, где есть прозрачность — когда очевидно, что марка обеспечивает честную оплату труда работникам и пользуется ресурсами осознанно, — советует Томас. — Никто не запрещает вам самостоятельно поискать информацию и убедиться, что бренд заботится о тех, кто на него работает».

Кадр из документального фильма «Реальная цена моды», 2015

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *